Четыре колчана из старого «Петерсберга»

Недавно мне, будучи в составе делегации общества «1813» (членом которого я являюсь), довелось посетить город Эрфурт - столицу Свободной Земли Тюрингия, что в восточной части Германии. Наша группа посетила многие исторические места в городе, в том числе и знаменитую Эрфуртскую цитадель «Петерсберг».
Эта цитадель, основанная в 1147 вначале как монастырь, но с 1631 года перестроенная в крепость, имеет богатую историю. Тут стояли в своё время шведские гарнизоны, войска Наполеона, пруссаки, русские. Во время Второй мировой войны здесь размещались подразделения вермахта, потом военная часть армии Германской Демократической Республики...
Сейчас там музей.
Один из интересных военных эпизодов, связанных с крепостью «Петерсберг», произошел в период отступления наполеоновских войск, потерпевших сокрушительное поражение под Лейпцигом от союзных армий (в битве, кстати, участвовали пять башкирских полков, входивших в состав русской кавалерии). На пути отходящего в сторону Франции Наполеона лежал город Эрфурт, и остатки разбитой армии остановились здесь на несколько дней для отдыха и перегруппировки.
Уже в конце октября 1813 года преследующие французов войска Александра I, австрийцев и пруссаков подступили к Эрфурту, где укрепился и подготовился к осаде хорошо вооруженный гарнизон из семи тысяч закаленных в битвах солдат Наполеона. Правда, самого императора в городе не было – он отправился во Францию, надеясь собрать новые армии и взять реванш.
Тем временем в цитадели, имеющей восемь бастионов, развитую подземную сеть складов и арсеналов и солидный запас продовольствия верные присяге солдаты готовились держаться до последнего. Русским войскам, в составе которых, по словам известного историка из Уфы Рамиля Рахимова, находились в числе прочих подразделений 1, 2, 9, 11, 15 башкирские полки (информация по 2, 11 и 15 полкам уточняется), австрийцам и пруссакам предстояло брать мощную крепость. Понимая, что немедленный штурм обойдется атакующим слишком большой кровью, союзники решили сокрушить крепость артиллерией – и, начиная с 6 ноября 1813 года, по «Петерсбергу» методично били три двадцатипушечные батареи. Цитадель горела, укрепления рушились, но гарнизон не сдавался. Рассыпались пробитые ядрами стены, осаждающие постепенно проникали в город. Дошло до того, что он разделился на две части, занятые противоборствующими армиями. Эрфурт превратился в подобие Берлина времен холодной войны – с временной разделительной линией, вялым противостоянием войск и тревожным ожиданием какого-то разрешения ситуации. Боевой дух солдат был еще высок, но многолетняя европейская бойня явно шла к концу, и умирать в заведомо бессмысленных последних схватках никому не хотелось…
В конце марта 1814 года стало окончательно ясно, что Наполеон войну проиграл. 31 марта пал Париж и по его улицам победным маршем прошли войска союзников. А вот крепость Эрфурта ещё держалась. И лишь 5 мая, когда прискакавший из Парижа офицер сообщил о капитуляции наполеоновской армии, французы подняли белый флаг. К этому времени их оставалось 2293, включая 256 раненых.
16 мая остатки французского гарнизона выступили в сторону Парижа, а 22 мая в составе обоза с ранеными Эрфурт покинул последний наполеоновский солдат. Позже ушли и победители, оставив о себе память в виде руин разбитых укреплений и немногочисленных военных «сувениров».
Последние по сей день сохранились в городском музее Эрфурте, где я с восхищением обнаружил среди прочих военных раритетов колчан яугира – башкирского конного стрелка! Когда я увидел под стеклом этот уникальный предмет, я буквально потерял дар речи! Так близко – и так прекрасно сохранившийся, он лежал в витрине, пропитанный пороховым дымом битв двухвековой давности… Толстая тисненая кожа, искусные украшения из блестящей меди, внутри – три стрелы. Причем одна стрела выглядит особенной: на оперенном конце закреплена пластинка полированной кости с гравировкой. Мне показалось странным, что лучник давних времен считал нужным изысканно украшать такие расходные боеприпасы, как стрелы. Директор музея, с которым я поделился своими мыслями, предположил, что подобными стрелами, по-видимому, не стреляли, а держали их в колчане как талисман. Что ж, очень может быть – возможно, считалось, что колчан, как и кошелек, никогда не должен оставаться совсем пустым.
Кстати, директор сообщил, что колчан на витрине не единственный – в запасниках хранятся еще три.
У меня было совсем мало времени на выяснение истории того, при каких обстоятельствах башкирские колчаны оказались в музее и связаны ли с этим какие-то интересные истории. Но я полон желанием в ближайшем будущем вновь посетить Эрфурт и попытаться побольше узнать о заветных стрелах и их бывших владельцах.

Насур Юрушбаев,
Свободный журналист, режиссер-кинооператор
Фото: Холма Крессе
Саксония

Добавить комментарий